Роман: Судьба делает крюк (Глава первая) | SakhaPress.ru
Наверх

Роман: Судьба делает крюк (Глава первая)

15:35 11.03.2012
Глава первая РИГ SAKHAPRESS.RU Он бил ее долго и методично, вкладывая в удары всю злость, на которую только был способен. Да, жгучая ревность настолько охватила его, что он, кажется, не мог остановиться. Так могут бить только мужчины, застукавшие свою благоверную с другим: жестоко, холодно, получая при этом почти садистское удовольствие и словно выколачивая «дурь» из прекрасного женского тела. Она уже не сопротивлялась ударам, почти подчинившись его адской силе. Она не закрывала лицо от его массивных кулаков. Она не пыталась скрыться, сбежать. Она обессиленная лежала на ледяном полу и молила Бога, чтобы он поскорее прекратил ее мучения. Но как назло она даже не теряла сознание, как это было раньше, и потому сейчас все ее тело было одной сплошной болью, горькой и мучительной. Тяжким молотом в мозгу отзывались его слова: - Тварь, я убью тебя! И снова эти страшные кулаки… Когда-то она любила его, и они даже были счастливы, проводя лето на морском берегу Темрюка, купаясь в жарких лучах южного солнца, наслаждаясь закатом падающего в море солнца. Все изменилось в один день. Куда исчезла нежность? Растаяла, как тот пароход в утренней дымке. Все чаще он стал прикладываться к рюмке. Пьяный, он не контролировал себя, становился подозрительным и отчаянно жестоким. Поначалу она списывала все на то, что он просто боялся ее потерять. Но раз за разом убеждалась в том, что он псих, от которого нужно скорее бежать. И не бежала. - Запомни, тварь, ты меня больше не увидишь! Он вдруг перестал ее бить. Она попыталась раскрыть глаза, но не смогла. Кровоподтек и заплывшее синяком веко оставили лишь крохотную щелочку света. Она увидела его ноги, которыми он только что так исступленно пинал ее. Ноги удалялись. Ухо едва смогло различить звук хлопнувшей двери. Она собрала остатки сил. Надо подняться. Надо встать и сделать хоть что-нибудь. Она не смогла. Ее хватило лишь  на то, чтобы доползти до ванной. Здесь она дотянулась и повернула кран со спасительной холодной водой. Набрав в ладонь живительных капель, она брызнула их себе на лицо. По свежим ранам словно резануло ножом. Она стиснула зубы и снова намочила руку, приложив ее к распухшему лицу. Снова холод острыми стрелами впились в свежие следы от ударов, но боль будто стала меньше… Она посмотрела на ладонь и горько усмехнулась, увидев красные кровавые следы. Это не удивило ее. Обычное и привычное дело. Громкое застонав, она поползла к спальне, и здесь, перед тем, как окончательно потерять сознание, она успела набрать на мобильном телефон Соньки. - Это я. Я, кажется, умираю… - Держись, я выезжаю! Ты можешь вызвать «скорую»? Позвони сейчас же. Я еду. Держись, еду… Ты слышишь меня?.. Она уже не слышала. Рука бессильно опустилась на пол, а Сонька долго еще кричала в телефон: «Держись! Держись! Еду! Еду!»… Слова становились все тише и тише, пока окончательно не стихли во мгле… *** Сонька смотрела на Надино распухшее лицо и едва сдерживала слезы. Да и лица того почти не было. Сейчас Сонька вспомнила, как они с Надей еще в институте познакомились с ребятами. Сонька потом вышла замуж за Антона, а вот у Нади с Родионом не сложилось. Родион ушел тихо и неожиданно, не объясняя причин. Тогда Надя долго пыталась пережить этот момент. Года три, не меньше. Все Рудика ждала… А когда Рудик, наконец, созрел, у Нади уже был Вадичка, маменькин сынок, псих и садист, хренов Отелло, распускающий лапы. А ведь Родион никогда не позволял себе даже резкого слова в Надин адрес, на руках носил, цветами задаривал. Какая черная кошка между ними метнулась, так никто и не понял. Но факт оставался фактом: Родион ушел, а Вадичка оказался редкостной мразью. Сонька была у них на свадьбе свидетельницей. Да, Надя расцветала тогда. Как шло ей белоснежное платье! Каким счастьем светили ее глаза! Как трогательно Вадичка ухаживал за своей молодой женой! А ведь именно Сонька помогала им тогда достать билеты на поезд. И сделала ведь так, что купе у них было свободным от лишних людей-попутчиков. Зато Вадичкина мать пальцем не пошевелила и вообще вела себя так, словно Надя – совершенно чужой человек. Вадичка прилично зарабатывал. В свое время маманя выхлопотала ему местечко в мединституте – у Вадички была странная любовь к таблеткам, ко всяким там ампулам, мензуркам. В химии он был царь и Бог. Какой-то ж попутал бес скромного очкарика. И чего Надя в нем нашла? А после фармфакультета та же маманя – скупердяйка, кстати, безмерная – сообразила Вадичке нехилое место на столь же нехилом химфармзаводе. Вадичка быстро поднимался по карьерной лестнице. Наде он категорически запрещал работать: все боялся, что она – специалист с высшим строительным образованием – станет куда успешнее, чем он. Год назад Надя еле уговорила Вадичку, чтобы он дал ей возможность работать. Надин папа, на плечи которого легла вся забота об единственной дочери (мама бросила их, когда Наде было почти тринадцать лет), смог оплатить ей учебу, а вскоре умер от рака поджелудочной железы. Наде казалось, что если она устроится работать по специальности, то даже там, где-то на небе, отец будет просто счастлив за любимую дочурку. Кстати, Надин выбор мужа он не особенно одобрял, считая Вадичку прихлебалой, но при этом имел тактичность никогда об этом не говорить. Да, хорошо, что Надин отец не видит сейчас того, что Вадичка вытворяет, иначе своими бы руками задушил гада. А сейчас Надюшка лежала на казенной больничной койке с перевязанной челюстью, опутанной какими-то проводочками. Хорошо, что такси не подвело, и Сонька мигом примчалась к Наде. А то ведь и подумать страшно, что Вадичка сделал бы, вернись он вдруг в их когда-то уютное семейное гнездышко… Продолжение следует Оксана ВОЛЧУК Только для РИГ "SakhaPress.Ru" Все права на данный роман принадлежат РИГ "SakhaPress.Ru". Перепечатка без письменного разрешения РИГ "SakhaPress.Ru" запрещена в любом виде.  

Поделиться в соцсетях:
Ник
Текст комментария