Страшные истории Якутии: нехорошая улица

В детстве про нашу улицу рассказывали страшные вещи. Говорили, что наши дома построены на древних могилах. Улица и правда была, как проклятая. То у соседей пожар с жертвами, то у другого соседа смертельная болезнь. Помню, что молодой мужчина покончил самоубийством на нашей улице. Я верила, что наша улица "нехорошая", но повзрослев приписала все это к выдумкам. И зря.

Несколько лет тому назад развелась с мужем. В Якутске жить на мою зарплату, без квартиры, с маленькой дочкой оказалось слишком трудно. Решила вернуться домой, к папе. Папа был рад. После того, как мы, его дети, разъехались, он жил один. Родственники помогли устроиться на работу и все вроде бы наладилось. Дочка пошла в первый класс, я работала, отец смотрел за хозяйством.

Через некоторое время начала замечать, что Кюннэй - моя дочка, стала угрюмой. У нее появились какие-то собственные секреты. Она начала плохо спать и есть, а однажды я проснулась и увидела, что дочка ходит во сне. Врачи в районной больнице успокоили, что у детей часто бывает лунатизм. Но на всякий случай посоветовали сводить ее невропатологу, только вот такого специалиста не было в селе. Решила во время каникул в город поедем.

Пришла как-то вечером с работы, папа во дворе дрова колол, я зашла в дом и слышу, что Кюннэй с кем-то разговаривает. Не хочу больше с тобой играть, говорила она. Думаю, одноклассница пришла к дочке. Прошла к ним в комнату, а кроме дочки никого нет. Я ее спросила с кем она говорила, а она начала все отрицать. После этого случая в доме начали случаться странные вещи. Разбилось большое зеркало в прихожей. Я иногда не могла найти свою одежду: свитер там или платок. Отец жаловался, что несколько раз находил на диване иголки и булавки. Думаю, дочка проказничает. Несколько раз ее наказывала, но она упорно утверждала, что ничего не делала.

Однажды у меня случилась простуда, поэтому на работу не вышла, отпросилась. Днем заснула на диване. Проснулась как-то внезапно, вижу дочка играет с куклами перед телевизором, рядом с ней девочка ее лет, но одета очень легко. На дворе зима, а на ней летнее платье и все, даже ботиночек нет. Дом у нас был теплый, но все же дочка надевала колготки и теплые тапочки. Подумала встать, но не захотелось мешать их игре, притворилась спящей и продолжила за ними наблюдать. Они долго играли, почти не говорили друг с другом.

Потом вижу эта девочка пошла на кухню, а потом в прихожую. Она же, наверное, домой собирается, подумала я. Я изогнулась на диване так, чтобы лучше видеть прихожую. Если родители отправили ее без соответствующей теплой верхней одежды, то встану и задержу ее, думаю. Но через секунду я увидела, что она и не собирается домой, а с равнодушным видом пытается разрезать ножом мою дубленку. Я вскочила на ноги, на мгновение потеряла ее из виду. Когда оказалась в прихожей, ее уже не было. Бросилась на улицу, но никого. Почти сразу же зашел папа. Спрашиваю его, не видел ли он девочку, он ответил отрицательно. Бросилась к дочке. Спрашиваю откуда девочка, кто ее родители, не отвечает. Не помогли ни уговоры, ни угрозы, молчит про нее.

Той же ночью проснулась от холода. Включила свет, вижу дочки в кровати нет, а дверь распахнута, оттуда и холод идет. Я криком разбудила отца и выскочила на улицу в одной ночной сорочке и тапочках. Зову по имени дочку. Когда глаза немного привыкли к темноте увидела два темных силуэта недалеко от нашего двора. Побежала к ним. Моя дочка идет за ручку с той девочкой, босая по снегу. Схватила Кюннэй, и она сразу громко заплакала. Я не знаю как, но девочка, которая играла с дочкой, исчезла. Вроде сейчас была тут, а теперь нет ее. Увидела, что папа на крыльце стоит. Зайдя в дом, спросила, видел ли он вторую девочку, отвечает, что видел, как я бежала и Кюннэй одна шла по снегу. Тогда я поняла, что никакой девочки не было, а был абаасы.

После этого решила обратно переехать в город, отца уговорила жить с нами в Якутске. Дочка сейчас совершенно не помнит эту историю.

Светлана АРДАХОВА

РИГ SAKHAPRESS.RU