В Якутии уволен врач, сделавший смертельный укол Кристине Гайд

РИГ SAKHAPRESS.RU Минздрав Якутии расторг трудовые договоры с врачом Туркебаевым и медицинской сестрой Алексеевой, на приеме у которых скончалась журналистка Кристина Гайд.

9 июня Кристина пришла на плановую процедуру в Якутский медцентр. Она стала плохо слышать на одно ухо, и Евгений Туркебаев предложил провести небольшую операцию. По аналогии, это как вправить вывих пальца, но требовалось обезболивание носовой раковины, через которую планировалось провести вмешательство.

Врач ввел лидокаин в раковину, после которого у пациентки наступил анафилактический шок. Реанимационные мероприятия результата не дали. Кристина скончалась в помещении поликлиники. После этого Минздрав назначил служебную проверку, а Следственный Комитет возбудил уголовное дело.

И вот теперь медики заявляют, что Туркебаев и Алексеева виноваты. Может быть, и не напрямую в смерти Кристины, но, как минимум, в позднем вызове скорой помощи.

Комиссия, в состав которой входили ведущие врачи республики, однозначно установила «имеет место недооценка тяжести возникшего осложнения инфильтрационной анестезии лидокаином в нижнюю носовую раковину (…) Смерть наступила от отравления лидокаином (…) имел место поздний вызов специализированной бригады скорой помощи».

Людмила Вербицкая, заместитель министра здравоохранения РС (Я):

- До сих пор достаточно поздно определить причину анафилактического шока. Доза два миллилитра лидокаина абсурдна, чтобы привести к смерти. Но вскрытие показало, что в организме была высокая концентрация препарата.

По назначению до вмешательства женщина получала лекарственный препарат, разведенный лидокаином. По логике вещей, по физиологии лидокаин выводится в течение суток. Откуда такое накопление в организме, почему оно произошло – сказать сложно.

Укол врач по методике сделал в носовую раковину, где большое скопление кровеносных сосудов. Это примерно как внутривенная инъекция. Честно говоря, если врач подаст на нас в суд, мы можем проиграть. Никаких веских доказательств его вины у нас сейчас нет.

- Позиция Минздрава в отношении врача более менее понятна. А в чем вина медсестры?

- Трудовой договор с медсестрой расторгнут потому, что пропала ампула. Непонятно, какой препарат вводили, сколько. Сейчас эту ампулу надо было отдать в токсикологическую лабораторию. У нас был параллельный случай с лидокаином из этой же партии, когда у пациента была на него аллергическая реакция. Там успели оказать человеку необходимую помощь и не допустили летальный исход.

- Как врач и медсестра объясняют отсутствие ампулы?

- Говорят, что ампула была. Когда началась суматоха, пришел следователь, она пропала. Куда делась, неизвестно – якобы просто пропала.

- Почему поздно вызвали скорую?

- Врач пытался сам реанимировать пациентку, выполнял необходимые в таких случаях мероприятия. Но скорую вызвали действительно с опозданием. Поэтому и произошло отстранение от должности.

После таких слов замминистра у нас появились вопросы к главному врачу Якутского медицинского центра Елене Борисовой. В июне она уверяла, что ампула, из которой был сделан забор лидокаина для смертельного укола Кристине, в целости и сохранности и сдана на токсикологическое исследование.

Теперь главврач заявляет следующее:

«Тогда они не ту ампулу на исследование взяли. Ампула действительно пропала. Здесь много нюансов. После такого летального случая мы в поликлинике проводим ряд мероприятий, направленных на дополнительную подготовку и инструктаж персонала».

Евгению Туркебаеву пока не предъявлено обвинение в смертельной халатности. Но, кажется, только пока. Следственный Комитет уже изучает мнение Минздрава и Росздравнадзора. Следующим шагом будет назначение комплексной комиссионной экспертизы, которой предстоит изучить все материалы по смерти Кристины. Затем уже безработного доктора снова вызовут к следователю, где могут предъявить обвинение.

Сергей СУМЧЕНКО,

"Якутск Вечерний"